Смысл картины детский. Это то, чему учат детей младших классов: надо беречь природу. Всё бы хорошо, да вот война людей и нави слишком жестока. И еще эпизод у Эйвы. плюс главный герой, пример для подражания будущих защитников родины, кидает своих в самый ответственный момент.
Дизайнеры позаимствовали образы фавна у Дель Торо,сценарий упрощен до минимума,а интрига-никакая.Получились "полеты во сне и наяву".Но тогда это было с глубоким смыслом(думаю,что помнится такой советский фильм).В общем не откажешь в привлекательности.Смотреть можно.
Так умеет только Джеймс Камерон. В каждую эпоху рождается человек, который чувствует своё дело душой, а не карманом. Несмотря на очевидную «голливудистость» фильма, на широкий радиус разлетания осколков взрыва и высочайший пафос отрицательных персонажей, фильм напоминал сказку — чудесную, волшебную, похожую на сон сказку, которую зрителю разрешили увидеть и почувствовать.

Рецензии

Роман Волобуев

afisha.ru

В неблагополучном технократическом будущем американский морпех-инвалид (Уортингтон), чтоб заработать на новые ноги, соглашается лететь на Пандору — небольшую, но интересную планету, похожую на взбесившийся ботанический сад и населенную (довольно негусто) трехметровыми хвостатыми гуманоидами приятного синего цвета — те живут в гармонии с дикой природой и не разрешают землянам понастроить им автострады. Героя подключают к генетическому двойнику — аватару, похожему на пандорианца, и посылают к аборигенам — не то налаживать культурные связи, не то вести разведку боем: на первом варианте настаивает интеллигентная научная руководительница (Уивер), на втором — красиво поцарапанный полковник (Лэнг), считающий, что лучшая форма диалога — это залить всех напалмом. Командующему миссией клерку из ресурсодобывающей корпорации (Рибизи), в общем, плевать — напалм или культурные связи, лишь бы племя ушло с важного месторождения, на котором живет. Пока морпех крутит башкой, не понимая, кому подчиняться, на него сперва напрыгивает местный тигрокузнечик, а потом берет на прицел туземная принцесса (Салдана), но по совету волшебных семечек решает не убивать и ведет знакомиться с семьей.

Взяв, как генерал де Голль, 10-летний отпуск на пике карьеры, автор «Терминатора» и «Титаника» заранее подписался на то, чтоб по возвращении всех потрясти; как следствие, его новый фильм изначально был обречен слегка проиграть ожиданиям и собственной рекламной кампании (разве что Кэмерон придумал бы, как сделать, чтоб тигрокузнечик действительно сожрал пару зрителей из первого ряда). К счастью, количество пикселей и то, как что-то высовывается с экрана в зал, — последнее, что интересно обсуждать в связи с «Аватаром» (на втором по неинтересности месте — злободневные референции на войну в Ираке и критика нового американского колониализма). Пикселей правда много, высовывается все далеко, инопланетяне выглядят настолько правдоподобно, насколько в принципе могут выглядеть синие люди с хвостами, но Кэмерон снимал лучшую в мире фантастику еще до всяких пикселей и сейчас, как и тогда, берет не технологиями, а методом — он до сих пор умеет то, что когда-то умели Спилберг и Лукас: снимать стружку с вечных историй, пересказывать их так, что кажется — ты смотришь это впервые. Основа «Аватара» — хрестоматийный американский миф про Джона Смита и Покахонтас — может быть сколь угодно наивной, но в ее сердце — глубинный конфликт: война не столько даже между цивилизацией и природой, сколько между практическим и фантастическим видением мира, реальностью и мечтами (не случайно переключение между аватаром и собственным покалеченным, обремененным воинской присягой телом у героя происходит, когда он ложится спать). По циничным современным стандартам фильм про синих инопланетных индейцев с луками и стрелами — это, конечно, немного нелепо, и Кэмерон явно в курсе, но слишком крут, чтоб волноваться из-за таких мелочей. Всегда замечательно подбиравший лица своим героям, он и теперь нашел идеальное даже в скучном каталоге современных кинозвезд: австралиец Уортингтон, кажется, взят им на главную роль исключительно ради своей улыбки — настороженной, чуть глуповатой, в конечном счете именно такой, какой должен улыбаться человек, которому после нескольких лет в инвалидном кресле выдали полутораметровые синие ноги, на которых теперь можно бежать, куда — не важно, важно, чтоб ветер свистел в ушах.

Кадры из фильма